May 19th, 2006

Хармс отдыхает

Позавчера я писала о моей "музыкальной" переводческой работе, и потом вспомнила забавный эпизод, предшествующий началу этого турне, ради которого я из Беларуси приехала (вернее - вернулась) в Японию. Ради привыкания на восьмичасовую разницу во времени я почти неделю акклиматизировалась в Токио (дома, у себя) и в Макимачи, у подруги. Два дня в ее прекрасном, более ста лет старом деревянном доме - и я была полна энергии. Семья ее мужа с 19 века занимается производством сакэ, и не по-любительски, а так, что их сакэ служили на свадьбе престолонаследника и принцессы Масако. (Я не отвлекаюсь на неважные подробности - из-за сакэ-то все персонажи, будто придуманны Д. Хармсом и оказались в одной комнате. И еще - всё абсолютно подлинно, я даже имен не стала менять.)
На следующе утро после моего приезда мы с Антье (она немка) пьем кофе и она мне рассказывает, что звонила Юми (японка, автор учебника по сербо-хорватскому языку для японцев, и наша общая знакомая), что она приедет в гости с американской брачной парой (муж - профессор македонского языка в университете Чикаго), желающей перепробувать все сорта сакэ Уехара.
Итак, встречаем гостей мы с Антье и Сеики (брат мужа Антье и школьный друг Юми).
За малюсенькой Юми появляется Муж (американец, профессор, здоровый мужик с усами) и ... еще один здоровый мужик, также с усами, также американец (потом узнаем: продавец в магазине с дорогими продуктами питания). Дааааа.... брачная пара... все верно; Юми ведь и не говорила, МУЖ С ЖЕНОЙ, а именно БРАЧНАЯ ПАРА. Звать его будем Спутник.
Сразу началось непринужденное общение, на японском, английском и смеси сербского с македонским языках. Как-то незаметно и мы с Антье присоединились к дегустации сакэ. Компания получилась очень болтливой, только Спутник держался на стороне, и то и дело спрашивал кто-есть-кто, с трудом пытаясь навести порядак в схеме отношений и происхождений присутствующих.
- Извините, вы откуда? - спросил Спутник меня.
- Из Сербии, - ответила я ему на английском.
- А что вы делаете в Японии?
- Я приехала сопровождать группу ваших земляков на турне.
- Вы из Сербии приехали ради какого-то турне?!
- Мхм... Да... Нет... Не из Сербии, а из Белоруси.
Спутник хлопает ресницами, а потом признается, что ничего не понимает.
Я ему объясняю: я жила в Японии, где меня нашел промоутер турне, но пришлось переезжать в Беларусь в связи с работой моего мужа.
- Аааа... - вроде бы понимает, но не совсем. На лице у него написанно: странная какая-то, поперла из Беларуси (кстати, это - ЧТО, и это - ГДЕ?!
Уже третий или четвертый сорт сакэ, и компания все более разговорчивая.
- Извините, а вы тоже из Сербии? - спрашивает Спутник мою подругу.
- Нет, я из Германии.
- Да вы что! А что здесь делаете? Вы также переводчица?
- Нет, я - художница, и живу в этом доме.
Хлоп-хлоп... ух, что за день - думает покрасневший от рисового вина Спутник.
Заходит муж Антье, Сеичиро. Приветствует гостей на английском, просит прощения, что не может присоединиться, и с женой обменивается несколькими фразами.
У Спутника все более растерянный вид. Он долго что-то обдумывает, а потом говорит:
- Подождите... это ведь был итальянский язык! Я пьян, но вроде бы в состоянии узнать итальянский язык!
- Да, совершенно верно, - объясняет Антье, что они с мужем познакомились в Италии, и так как она тогда не говорила по-японский, а Сеичиро по-немецкий, они общались по-итальянский, но хотя потом они изучили родные языки друг друга, не могли перестать говорить на итальянском. Так осталось и по сей день, двадцать лет спустя.
Всё происходящее не вызывало такого удивления и такой растерянности даже у Алисы в стране чудес! А когда к нам заглянула миниятюрная восьмидесятилетняя японочка, свекровь Антье, и глубоко поклонилась гостям, Спутник торжественно заявил (с хулиганскими искорками в глазах):
- Я ВСЁ понял! Эта пожилая госпожа - белорусская!